Проверка по ценнику

Цены в магазинах и аптеках нынче скачут непредсказуемо, игнорируя все правила и системы ценообразования. Правительство пытается каким-то образом влиять на этот процесс, но, как видно, получается не очень. Бизнес есть бизнес.
 
В человеческих же отношениях происходит, кажется, все наоборот. В связи с обострением социальной атмосферы, вызванной так называемым протестным движением, происходит не только раскол в целом в обществе, но и межличностные конфликты, вызванные разницей во взглядах на ситуацию в обществе и на ее оценку. Причем они бывают настолько глубоки, что порождают непонимание и даже вражду между родными по крови людьми.
 
Хорошо, что хоть до этой самой крови не доходит. О друзьях и говорить не приходится. Достаточно лишь малейшего расхождения в суждениях о развитии социальной ситуации в республике, и оказывается, что совсем недавним единомышленникам и говорить не о чем. Более того, они избегают не только этих разговоров, встреч, хотя прежде считали их за норму и радость для себя, но даже простого общения по телефону. В общем, как у Высоцкого: друг оказался вдруг идеологическим противником.
 
Вспоминаю советские и первые постсоветские времена и друга, которому в жизни не совсем везло. По глупости и излишней доверчивости первый раз оказался в конфликте с законом. А во второй, почувствовав после развала Союза некоторые вольности в экономическом законодательстве, тоже загремел на «химию». Тогда, зная о нашей дружбе, нашлись советчики, которые советовали прекратить дружеские отношения: мол, что якшаться с «зеком», у которого и репутация, что называется, подмочена, и взгляды на жизнь иные, если он поступает сообразно им. Эти «мудрые» доводы делались вроде бы во благо: будто с заботой о том, чтобы не принизить в глазах других авторитет второй стороны. А по сути – предавали дружбу. Ведь, как говорят, сколько людей – столько мнений. А тем более взглядов на жизнь.
 
Иной раз и судьба поставит человека в такую ситуацию, которой не только сам не искал, но и не желал бы вовек. Конечно, за решения по выходу из нее он отвечает лично. Но, опять же, каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны.
 
К глубокому сожалению, тот друг уже давно ушел из жизни: с детства страдал сердечным недугом. Но вспоминаю о нем с теплотой и одновременно жалостью, как об огромной потере: на него можно было положиться в любой ситуации. И слово свое держал всегда. Если мог – выполнял просьбу. Нет – так и говорил. В таких случаях уговаривать его было бесполезным делом.
 
Теперь можно только гадать, как бы складывались наши отношения в нынешнее время. Но, думаю, дружбе бы не изменили оба, хотя, к сожалению, обратное случается сейчас на каждом шагу. Причем отношения выясняются не напрямую, лицом к лицу, глядя прямо в глаза. Нашли удобный способ – посредством интернета. Там можно и нахамить, и обругать бывших друзей-товарищей, обозвать их обидными словами. В приличных домах, как говорили ранее, за такое, извините, морду бьют. А тут не ударишь. Опостыляться же, отвечая подобным образом, как-то не позволяют и воспитание, и внутреннее убеждение. В противном случае, чем ты лучше будешь выглядеть?
 
Недавно довелось ознакомиться с таким «политическим спичем» одного из сокурсников, безапелляционно расставлявшим мировоззренческие оценки тем своим, наверное, теперь уже бывшим товарищам и друзьям, которые думают не так, как он, а чуть иначе. Естественно, больше всего досталось еще работающим, несмотря на «сеньорский возраст», в государственных изданиях и иных СМИ, даже отраслевых. И тяжело стало на душе от того, что некогда дружный и талантливый курс, после выпуска на протяжении почти полувека собиравшийся на традиционные встречи через каждые пять лет, тоже подвергся трещине, расколовшей его надвое. Доминанта мировоззрения, политических пристрастий оказалась сильнее чувств товарищества, дружбы, чисто человеческой привязанности. Тяжелым камнем легло на сердце признание, что думающих нынче иначе, чем они, «не хочется ни слышать, ни видеть».
 
Что ж, Бог им судья. И совесть. Потому что, отстаивая на словах свободу слова, свободомыслие, они в то же время отказывают другим в возможности говорить и мыслить по-своему. А мировоззренческие споры сводят не к доказательствам своей правоты и неправоты оппонентов, а к оскорблениям и обидным намекам.
 
Некогда нам всем приходилось изучать азы мировой философской мысли, классическую зарубежную и нашу литературу. И Вольтер, наверное, нам, студентам, был непререкаемым авторитетом в философии и мировой культуре. Так вот, один из постулатов его в «Очерках о терпимости» звучит так: «Думайте и позволяйте другим думать тоже». Видно, плохо кое-кто освоил Вольтера.
 
А дружба, до сих пор считаю, не имеет своего прейскуранта.