На большой сцене Могилевского областного драматического театра завершился четвертый день форума «М.@rt.контакт». Гвоздем программы стал спектакль «Хутар» Белорусского государственного театра кукол — одна из самых громких премьер этого сезона.
В основе постановки — повесть Василя Быкова «Знак беды». В центре сюжета — пожилые супруги Степанида и Петрок, чей хутор оказывается в эпицентре военных событий. Простые крестьяне сталкиваются с мучительным выбором между выживанием и совестью, предательством и человечностью. Действие, разворачивающееся на грани жизни и смерти, обнажает все оттенки человеческой души.
Создатели спектакля — режиссер Евгений Корняг, художник Татьяна Нерсинян и композитор Екатерина Аверкова — превратили хорошо знакомую повесть в настоящий психологический триллер .
Язык символов и масштаб эмоций
С первых минут зритель погружается в тревожную, гнетущую атмосферу. Свет, тени и туман создают на сцене мир, где каждая мелочь таит в себе угрозу . Художественное оформление спектакля говорит на языке символов: размеры кукол соответствуют масштабу личности персонажа. Огромная, величественная Степанида (актриса Наталья Кот-Кузьма) возвышается над происходящим, в то время как полицаи, потерявшие человеческий облик, выглядят мелкими и жалкими .
Враги на сцене предстают не просто людьми, а пугающими механизмами и чудовищами. Немецкий офицер выглядит как гигантский скелет с фарами вместо глаз, а его речь заменяют пулеметные очереди. По замыслу авторов, это подчеркивает, что на белорусскую землю пришла не просто армия, а бездушная машина уничтожения.
Эффект полного погружения
У зрителя нет возможности отвлечься или перевести дух — он оказывается внутри трагедии наравне с героями. Режиссер стирает границу между сценой и залом: прожекторы ищут «партизан» в рядах публики, а провокационные сцены с участием актеров среди зрителей создают ощущение паранойи и всеобщей опасности, свойственное военному времени.
Особую роль в спектакле играет музыка. Женский голос с парящим над сценой роялем комментирует происходящее, превращая повествование в трагическую притчу и обнажая внутренний монолог героев, который невозможно произнести вслух.
